… жить с людьми, на людях, бежать в общей упряжке может не всякий. Чтобы выносить подавляющую массу чужих интересов, забот, идей, вожделений, прихотей и капризов, постоянной лжи, зависти, фальшивой доброты, мелочности, показного благородства или — что еще хуже — благородства самодовольного; терпеть...

Однажды девочка встречает в лесу старика, который предсказывает ей, что к ней, когда она станет взрослой, приплывёт принц на корабле с алыми парусами. Ассоль поверила старику и стала ждать принца. И в один прекрасный день её мечта сбылась… История о непоколебимой вере в чудо и всепобеждающей,...

Отменно хорошее настроение, упорная мысль о чем-либо, поразившем внимание, и особенный род ликующей нервности служили для меня точными признаками надвигающегося безумия. Однако способность к самонаблюдению, неуловимо исчезая, скоро уступала место демону Черного Величия. В период протрезвления я...

Детективный мини-рассказ Александра Грина являет собой несложную для слушателя загадку, в которой ключом выступает предсмертная записка. Профессор, застигнутый грабителем врасплох, понимая, что пощады ему не будет, просит злодея об одном — дать ему пять минут, чтобы дописать свой научный труд…

Однажды девочка встречает в лесу старика, который предсказывает ей, что к ней, когда она станет взрослой, приплывёт принц на корабле с алыми парусами. Ассоль поверила старику и стала ждать принца. И в один прекрасный день её мечта сбылась… История о непоколебимой вере в чудо и всепобеждающей,...

Взъерошенный старик, лихорадочного сложения, с лицом, торжественно глупым и беспокойным, лез на упавшее поперек пути дерево. Уверенный, что идет по совершенно прямой линии, он глубоко презирал всякие обстоятельства, противоречащие его замечательному методу.

Был вечер 25 марта 1915 года. В маленьком бельгийском городке, называвшемся Сен-Жан, почти сплошь разрушенном немцами и почти совершенно опустевшем, так как в городе не оставалось уже ничего съестного, и повсюду валялись неубранные трупы, появился странный человек дорожного вида, скромно, но...

Повесть-феерия Александра Грина о непоколебимой вере и всепобеждающей, возвышенной мечте, о том, что каждый может сделать для близкого чудо.

Мы обычно рассматриваем себя изнутри, не отделяя наружности, какой смутно помним ее, от мыслей и чувств, поэтому большей частью бываем настроены несколько мстительно и настороже, когда видим эту живую форму – свое лицо – отделенной от нас в беззащитное состояние.

… Мне ничего не хотелось, и вместе с тем томительное состояние бездеятельности разрасталось в глухую тревогу и нетерпение. Я должен упомянуть еще раз, что мозг мой совершенно прекратил логическую работу. Мысль исчезла. Я был чувствующей себя материей.